Oui, mon colonel!
Но пафост есть страдание человека, ведомого сильной страстью, а среди нас нет тех кто хохочет над страданием и презирает страсть.©
Автор: Ирч (Oui, mon colonel!)
Бета:
Дисклеймер: моя только шизофрения

Персонажи: Ллойд Ларго, Ария Линк
Рейтинг: G
Жанр: drama
Саммари: R-31. ♠ Letter Bee. Ллойд | Ария. «Всё не можешь забыть того альбисинца?...»
Предупреждение: преканон

Управляющий Улья Ллойд Ларго – не первый красавец, не сказочный богач, и уж точно не простак, но – очень харизматичная личность. Это известно каждому в Юсари. Именно поэтому, когда кумушки замечают, что он оказывает недвусмысленные знаки внимания рядовой пчеле, в городе начинают курсировать сплетни и кривотолки. Поговаривают, что со дня на день он сделает ей предложение.
Местные красавицы на выданье кусают губы. Завидуют.
Ллойд улыбается и молчит. Только лишний раз вызывает девушку к себе и лично выдает поручение. Арии это всё кажется абсурдом, цирком... Она искренне уважает Ллойда, как блистательного руководителя – ему лучше было бы стать не главой почтового отделения, а военным стратегом. Управляющий же продолжает иногда приглашать её на чашечку чая, а то и на обед, ведя умные беседы о географии и редких животных, о природе янтаря и о том, что общественность почему-то считает, что он как раз в том возрасте, когда мужчине пора бы остепениться и обзавестись любимой и любящей женой.

А потом он снова вызывает её к себе.
Зайдя в кабинет, Ария удивляется: на Ларго немного потрепанный походный камзол и сапоги; у стола стоит трость. Он улыбается и жестом приглашает её подойти ближе.
– Я уезжаю по делам, – говорит он, – и мне хотелось бы сделать тебе одно предложение.
Блики играют на стеклах очков, скрывая его глаза.
– Но прежде... – он подходит совсем близко, и Ария видит, что, хоть губы его кривятся в легкой усмешке, глаза остаются серьезными. – Я хотел бы, что бы ты ответила мне на один вопрос. Только честно. Договорились?
Ария кивает, не в силах проглотить ком, застрявший в горле: неужели, правда?..
– Скажи, ты всё не можешь забыть того альбисинца?...
"У него есть имя!" – хочет ответить она, но понимает, что имя, произнесенное вслух, заставит её заплакать – как и тогда, обнимая Сильветт; но в этот раз отговориться дождем не получиться.
Ей хочется соврать – потому что, так или иначе, тот Гош, которого она знала, умер, а ей – ещё жить.
Ей очень хочется верить, что в предложении Ллойда Ларго будет шанс забыть. Может быть, когда-нибудь.
Вместо этого она молча кивает, пряча глаза, – и в этом весь ответ. Слов не хватит, что бы передать то, что она чувствует.
– Понятно. – Ллойд отходит к столу, что-то ищет, потом оборачивается и подзывает Арию. Подойдя ближе, она видит, что его глаза смеются.
Ария почти уверенна.
Он протягивает ей пергамент.
– У тебя есть... – управляющий рассеяно смотрит на часы. – У тебя есть пять минут, чтобы ознакомиться и решить. Через семь минут у входа меня будет ждать экипаж. А ты, как пчела, должна уметь принимать решения быстро. И, естественно, правильно. Я, конечно, мог бы подождать до возвращения, но, если откровенно, мне бы не хотелось откладывать такое решение на потом. Первое время тебе придется трудно – в этом, в известной мере, буду виноват я и мой отъезд. Но, сама понимаешь, тяжело в учении...
Ларго улыбается и бросает взгляд на часы:
– Ну вот, осталось четыре минуты, а ты даже не взглянула...
Ария покорно смотрит на пергамент, пробегает взглядом до конца листа. Дважды возвращается и перечитывает сначала. Смотрит на подписи, где не хватает только одной...
– Я согласна, но... – она удивленно поднимает глаза и встречается взглядом с Ллойдом. – Почему? И зачем тогда?..
Ллойд протягивает ей перо.
– Во-первых, я не люблю, когда мне лгут, – улыбаясь, отвечает он. – Ты ответила честно.
Она берет перо, но продолжает его слушать.
– Во-вторых, мне нужен тот, кто умеет не смешивать личное и работу. Ты – можешь.
– А как же..? – она заносит перо, но не может оторвать взгляд от управляющего.
– Сплетни? – Он смеется. – Ну, должны же городские сороки о чем-то трещать! Думаю, будет забавно послушать по приезду, как некая Ария Линк умудрилась соблазнить некоего Ллойда Ларго, – управляющего Улья, между прочим, – и добиться повышения до его заместителя.
Пританцовывая, Ларго, один из самых харизматичных людей Юсари, выходит из кабинета, лишь на пороге притормозив:
– И, дорогая... перестань краснеть. Тебе это очень идет, а я ведь могу передумать и сделать другое предложение.

Часы на ратуше бьют семь раз, когда извозчик щелкает вожжами, и чалая кобыла бойко трусит по мостовой, удаляясь от Улья в сторону главных ворот.
– Ничего, дорогая, – грустно улыбается Ллойд, прикрывая глаза козырьком кепки. – Когда забот много, мысли не так сильно одолевают. Глядишь, и забудешь...


Персонажи: Зажи/Сильветт
Рейтинг: G
Жанр: romance

…Сначала он хотел обернуться и от души рявкнуть, не смотря на то, что это вряд ли возымело бы должный эффект, но вспыльчивый характер всё равно сводил на «нет» любую логику.
– Смотри, куда… – начал Зажи и осекся.
– Извини, не рассчитала.
– Ага. Ладно, – тут же пошел на попятный он, – с Сильветт лишний раз лучше не ругаться, чревато; подумаешь, в толчее ногу колесом задела – так не специально же. – Ты чего тут делаешь?
– То же, что и все, – за покупками решила сходить, – она улыбнулась и потрепала Вашку за ухом. – А ты?
– Выходной у меня… – отводя глаза, невпопад ответил он; не рассказывать же ей, в конце концов, что решил побаловать свежей рыбкой очередного питомца.
– Тогда, может быть, ты свободен?
– А?.. – Зажи удивленно глянул на Сильвет и поправил кепку.
– Я подумала, ты сможешь помочь немного, – Сильветт кивнула на пару объемных пакетов. – Лаг на несколько дней уехал, а я не подумала…
Зажи собрался было отказать, сказав, что занят, но легкий укол совести напомнил, что в последнее время они с Коннором достаточно пользовались чужой добротой, заглядывая к Лагу после работы, и совсем не заботились, сколько хлопот создают.
– Хорошо, – кивнул он.
– Тогда – вперёд! – рассмеялась Сильветт, и направила кресло в овощные ряды.
Вашка бодро последовал за ней.
– Предатель! – фыркнул Зажи и поплелся следом.
В итоге, на его взгляд, обещанное «немного» затянулось. Когда они наконец обошли все знакомые и даже некоторые незнакомые лавочки и остановились передохнуть на площади рядом с фонтаном, в окнах домов уже начали зажигаться огни, а часы на ратуше отзвонили время к ужину.
– Ой! – Сильветт сконфуженно взглянула на Зажи. – Кажется, я оставляю тебя без ужина, прости, так неудобно. Если хочешь, зайдем к нам, и я чего-нибудь приготовлю.
– Не важно, – пожал плечами тот. – Хотя… Подожди, я быстро. Вашка, побудь здесь с Сильветт – мало ли кто по вечерам по улицам шатается.
Дважды повторять не пришлось: динго положил голову девочке на колени и блаженно прикрыл глаза, и Зажи – всего на секунду – как-то совершенно случайно подумалось, что он бы совсем не отказался побыть на месте Вашки. Но мысль тут же поглубже забилась вспугнутым мышонком.
Вернулся он минут через десять и с легким смущением протянул Сильветт объёмный сверток.
– Вот, – буркнул он.
– Горячо! – Сильветт с любопытством заглянула внутрь.
– Жена пекаря часто к ужину делает медовые коврижки – для тех, кто об этом знает, – с деланным равнодушием пояснил Зажи. – Тебе бы и самой ведь поужинать не помешало, и я подумал…
Он сконфузился и отвернулся в попытке это скрыть.
– Ладно, пойдем, я провожу…
– Подожди! – Сильветт ухватила его за рукав. – Давай перекусим тут – вечер такой теплый… Ой, я хотела сказать, если ты, конечно, не спешишь!
– Не спешу, – к собственному удивлению согласился Зажи, уже усаживаясь на бортик фонтана, и почувствовал, как горят уши.
Теплый ветерок, сгущающиеся сумерки, журчание воды в фонтане, свежая выпечка – всё это располагало к беседе, поэтому, незаметно для себя, они разговорились: Сильветт расспрашивала о работе пчел и о старых знакомых, а Зажи отвечал с присущей ему язвительностью, чем заставлял её хихикать, мило прикрывая рот ладошкой; Вашка преданно заглядывал в глаза, то и дело напоминая, что и ему положен ужин.
И только когда опустел куль с коврижками, а над фонтаном начала клубиться зябкая дымка, Сильветт спохватилась, и они спешно направились домой.
– Мне кажется, – неожиданно хитро улыбнулась она уже на прощание, стоя на пороге дома – это было немного похоже на свидание…
– Тебе кажется!.. – шумно возмутился Зажи, чувствуя как щеки опять начинают гореть.
– Ну и ладно! Тогда надо будет повторить нашу прогулку, когда появится возможность, – засмеялась Сильветт и, прежде чем закрыть дверь, сунула ему в руки пакет. – Это в благодарность, что помог.
Зажи заглянул внутрь и обнаружил там несколько небольших свежих рыбёшек.
– Эх, Вашка, – хмыкнул он. – Хорошо тебе – ты своих чувств не боишься демонстрировать, да?
Динго пристрастно оглядел его, широко зевнул и затрусил к дому.


Персонажи: Зажи/Сильветт и другие обитатели Улья.
Рейтинг: PG
Жанр: romance, humour
Саммари: 2C-28. ♠ Tegami Bachi. AD!Зажи | AD!Сильветт. Накрывать рождественский стол. "Поможешь?" – "Да. Но ты стоишь под омелой..."
Предупреждение: постканон

Рождественские хлопоты всегда приятны.
Особенно они приятны, если знаешь, что в этот раз всё будет хорошо – по-настоящему.
Сегодня Сильветт возится на кухне с особым удовольствием, потому что это первое Рождество, когда они наконец все снова соберутся вместе: Гош и Лаг, Ария, Ничи, директор Ларго и доктор Тандерленд, Коннор и Зажи, и, конечно, сама Сильветт, хозяйка этого праздника.
Накрытый стол в гостиной – расставленные тарелки, горы снеди, которые она наготовила с самого утра, – хвойный запах, свечи, огонь в камине – сегодняшний обед должен стать лучшим за многие годы. В духовке шкварчит, подрумяниваясь, индейка. Красные яблоки под ёлкой и у камина. Сильветт улыбается, что-то мурлыкая себе под нос. За окном – тихий перезвон колокольчиков и доброжелательные рождественские приветствия.
– Счастливого Рождества! – раздается у неё за спиной насмешливый голос. Сильветт вздрагивает и оборачивается.
В первое мгновение она даже не узнает его, вытянувшегося за несколько месяцев, что они не виделись. Но ироничную усмешку, черные растрепанные волосы и этот нагловатый тон ни с чем не спутаешь.
– И тебе, – улыбается она.
Вашка трусцой проходит в гостиную и устраивается у камина, положив голову на передние лапы.
Зажи, облокотившись спиной на дверной косяк, крутит в руках большое красное яблоко. И усмехается.
– Ты рано, – словно извиняясь, говорит Сильветт. – Я ждала всех чуть позже.
– Знаю, – кивает он. – Но на обратном пути меня подбросил Джигги, и я закончил пораньше, да и Лаг сказал, что скоро будет. Так что... уж прости за несвоевременное появление!
Сильветт смеется и качает головой – "прости" в исполнении Зажи совсем не звучит как извинение. Но она уже привыкла, кажется. То есть, раньше успела привыкнуть, но после того, как ему начали поручать особо ценные, важные и опасные доставки, он почти не появлялся. Возможно, теперь ей придется привыкать заново к его вздорному нраву.
Судя по всему, сам Зажи чувствует себя не увереннее её – да, старые знакомые, да многое прошли... Но что-то не так, и лёгкое чувство неловкости у обоих.
– Что? – он слегка краснеет и тушуется от её внимательного взгляда, треплет волосы и демонстративно вгрызается в яблоко. – И что ты на меня так смотришь, словно сто лет не видела?
Она опять качает головой.
– Не сто лет, но тоже давно. Ты перестал заходить – не то, что раньше...
– Не говори глупостей! С чего я должен? – привычным недовольным тоном говорит он. – Кстати, я принес вина для глинтвейна и свежих рождественских булочек из пекарни – они ещё горячие.
– Это замечательно! – довольно кивает Сильветт с улыбкой и тут же, спохватившись, бросается к духовке. – Ой, нет!
По всей кухне разносится аромат подрумянившийся индейки.
Девушка скептически оглядывает дело рук своих и, оставшись удовлетворенной результатом, оборачивается.
– Поможешь? – спрашивает она. – Я, кажется, не рассчитала своих сил: одно дело – ставить её холодную, но вот с горячей...
Она разводит руками, словно мимоходом указывая на своё кресло.
– Да пожа... – самодовольно кивает Зажи, подходя к ней, и осекается. – Но... ты стоишь под омелой.
Сильветт неожиданно краснеет, глядя сверху вниз на старого приятеля.
– Ты тоже. Уже.
– Ну... Это... глупости!
– Да! Конечно! – слишком поспешно соглашается она. – Никто не видел, так что можно не...
Оба молчат, глядя друг на друга чуть испуганно, словно нашкодившие дети, которыми уже давно не являются.
– Но тогда, – Зажи отводит глаза, – выходит, что мы предаем весь дух Рождества – это как-то не честно. Лаг говорил, что ты хочешь, чтобы в этом году всё было по-настоящему...
– Нет! – Сильветт опускает голову и начинает частить. – Если ты не хочешь, то не должен!..
– Почему это не хочу?! – у него горят щёки. – То есть, я хотел сказать, что нечего на меня сваливать!
– Тогда... Это же просто традиция! – наигранно весело пожимает плечами Сильветт.
– Ага, – Зажи наклоняется, опираясь левой рукой на подлокотник её кресла.
Краем глаза она успевает заметить, какими широким стали его ладони и плечи.
Губы, обветренные на дорогах Абеграунда, на вкус оказываются кисло-сладкими.
"Яблоко..." – мимоходом успевает подумать Сильветт, прежде чем он трогательно-неуверенно проводит рукой по её щеке... Зажи, который всегда лезет в драку первым. Зажи, который не боится доставлять письма в самые отдаленные и опасные поселения. Зажи, с которым они ругались в двенадцать лет.. Теперь он робеет перед ней, хрупкой шестнадцатилетней девушкой в инвалидной коляске, к которой пришел на Рождественский обед.
Она легко обнимает его за шею и сама целует, неумело, но искренне. И хотя для соблюдения традиции хватило бы мимолетного касания, ни один из них не пытается прервать поцелуй...
– Зажи?! – раздается с порога голос Коннора.
– Си... Сильветт!? – перебивает его удивленный Лаг.
– Лаг? – недовольно тянет Ничь.
– Действительно, Лаг?.. – улыбается Гош. – Спокойнее.
Ария, которую бывший мародер держит под руку, посмеивается в кулак.
Зажи от неожиданности отскакивает назад – волосы на голове встают дыбом, как у бродячего кота перед дракой, а щёки становятся совершенно пунцовые.
– А дети-то выросли... – насмешливо тянет Ларго и поправляет очки. – Эх, где наши с вами молодые годы, доктор?
Тандерленд молча разглядывает ближайший дверной косяк и немного – Вашку.
– Вы... не так поняли! Это всё омела! – громко оправдывается Зажи. – Сильветт, скажи!
Девушка уклончиво отворачивается, пряча счастливую улыбку.
– О! – директор иронично закатывает глаза. – И кто же тот великий стратег, который умудрился повесить омелу прямо над плитой?
Лаг опускает голову.
– Отлично! Мудрое решение! – довольно кивает Ларго и треплет парня по плечу.
– Я не думал, что...
– Лаг... – угрожающе начинает Зажи, но ему не дают закончить.
– Ну, вот, надеюсь, ты теперь будешь чаще к нам заходить? – смеется Гош. – Работа – работой, но отдыхать тоже стоит.
– Ну, что ж, не будем мешать, – соглашается Ларго, разворачиваясь. – Как закончите, приносите индейку. Только не задерживайтесь... Вообще, лучше сначала индейку – я страсть, как проголодался!
Компания шумно перебирается в гостиную, оставляя растерянного Зажи в кухне.
– Ты обещал помочь, помнишь? – улыбается Сильветт.
– Тогда выйди уже из под этой чертовой омелы... – сконфуженно ворчит Зажи. – Пожалуйста...

@темы: tegami bachi, digest